«Это как все эти: “Тебе бы почаще улыбаться”. А я такая: “Да идите вы. Рассмешите меня, и я улыбнусь”», — говорит она. Но ее непроизвольное «стервозное лицо» скорее вопрос физиологии, чем характера. «Я не пытаюсь выглядеть сурово. Просто у меня само так получается», — добавляет Хьюсон. Тут мы быстро находим общий язык: нам обеим не раз говорили одно и то же, хотя подозреваю, что в моем случае это просто парижская проблема.

Наш разговор за дневным кофе начинается примерно там же, где обычно начинаются ночные разговоры в три часа утра: с инопланетян. И здесь Хьюсон не колеблется. «Хочу официально заявить, что я верю в инопланетян. Потому что, мне кажется, они скоро прилетят», — говорит она с улыбкой.

Для актрисы, которая вот‑вот появится в новом научно‑фантастическом фильме Стивена Спилберга, заявление более чем уместное. В ее истории словно замыкается круг, причем настолько идеально, что это почти похоже на сценарий. В детстве Хьюсон была одержима «Инопланетянином». Она коротко стриглась, как Эллиотт, заставляла окружающих называть себя его именем и буквально выстраивала собственный мир вокруг воображения Спилберга. Теперь, спустя десятилетия, сама оказалась в самом центре этого мира.

«У меня голова кругом. Даже мои друзья и семья в шоке, потому что прекрасно знают, насколько я помешана на “Инопланетянине”. У меня есть постеры, всякие памятные вещи. Все знают, насколько я люблю этот фильм», — говорит Хьюсон.

Снова поработать со Спилбергом было мечтой Хьюсон, и она признается, что до сих пор не до конца привыкла к самому факту работы с ним. «Я всё время думаю: “Господи, это же Спилберг”. Меня это немного пугает», — говорит актриса. Сейчас ей 34, и она вспоминает их первую совместную работу, «Шпионский мост», где снималась в 22 года. Опыт был недолгим, но важным: огромная постановка, Том Хэнкс рядом, а сама Хьюсон только пыталась освоиться в профессии. «Я старалась встать на ноги и впитать как можно больше. А он был потрясающим. И сейчас это буквально момент, когда мечта становится реальностью, потому что я никогда не думала, что мне выпадет еще один шанс с ним поработать».

На этот раз Хьюсон чувствовала себя увереннее и как актриса, и как человек, лучше понимающий устройство индустрии. Но, по ее словам, к выходу на площадку Спилберга все равно невозможно подготовиться. «Мне кажется, абсолютно все в этом фильме немного робели и одновременно были очень тронуты самим фактом, что оказались там. У него особенная связь с актерами: он проходит вместе с тобой через весь процесс. И возможность за три месяца выстроить с ним такие отношения стала самым выдающимся актерским опытом в моей жизни. И, скорее всего, таким и останется».

В «Дне разоблачения» Хьюсон оказывается внутри давней спилберговской одержимости внеземной жизнью, но теперь уже не в роли зрителя. Она играет Джейн, американскую «женщину с загадкой», и оказывается в центре истории, где масштабное зрелище сплетается с более интимными, человеческими вопросами. Хьюсон рассказывает: «Это история об обычных людях в Америке, которые оказываются втянуты в нечто совершенно невероятное. О том, чего мы боимся. И нужно ли нам вообще бояться». Так что фильм исследует не только возможную внеземную жизнь, но и самих людей: как мы реагируем на неизвестное, как относимся друг к другу и каким хотим видеть общество, в котором живем. «Они наши враги? Или, наоборот, нам стоит их принять?»

Для Хьюсон эти вопросы не ограничиваются фантастикой. Она говорит: «Я правда думаю, что мы стоим на пороге очень многих открытий. Поэтому этот фильм сейчас кажется особенно своевременным». Вместе с ней в картине играет Джош О’Коннор («Острые козырьки», «Корона», «Претенденты») в роли Дэниела. При одном упоминании партнера Хьюсон заметно оживляется. «Он лучший. Я обожаю Джоша. Еще тот засранец». Хьюсон тепло смеется. «Но нам было очень весело. Вообще собралась отличная компания, и на площадке мы прекрасно проводили время».

Спилберга она описывает как человека сосредоточенного, но теплого: он полностью сосредоточен на работе, однако при этом старается, чтобы площадка оставалась живым и приятным местом. «Он очень серьезно относится к тому, что делает, но ему важно, чтобы актеры и съемочная группа тоже получали удовольствие от процесса. Он и сам любит повеселиться. Для всех нас это было совершенно особенное время».

Наверное, неудивительно, что Хьюсон верит в инопланетян: тяга ко всему неизвестному проходит через многие ее работы. Именно к таким проектам она тянется и как актриса. «Я всегда полагаюсь на внутреннее чутье. Лучшие решения в моей жизни были инстинктивными», — говорит она о выборе ролей.

Чтение сценария для Хьюсон почти ритуал. Всё должно быть правильно: тишина, полная сосредоточенность, иногда даже зажженная для настроения свеча. «Для воображения, наверное, важнее всего именно первое прочтение сценария». Если текст работает, Хьюсон полностью в нем растворяется. Часто ей хватает первых нескольких страниц, чтобы понять, ее это история или нет. Этот инстинкт и привел ее к карьере, которую трудно загнать в одну категорию. «Мне часто говорят: “Ты и там снималась? Я вообще не понял, что это один и тот же человек”. Мне кажется, это потрясающий комплимент. Да и вкусы у меня довольно разнообразные». Хьюсон продолжает: «Я хочу быть актрисой, которая может попробовать все. Больше всего учишься именно тогда, когда выходишь из зоны комфорта».

Но поначалу всё было не так просто. В начале карьеры Хьюсон ходила на прослушивания в Нью‑Йорке и постоянно слышала, что не совсем вписывается в нужный типаж. «Мне говорили, что я слишком европейская», — вспоминает она. Кастинг‑директора искали вполне определенный образ типичной американской девушки, которому Хьюсон инстинктивно сопротивлялась. «А я была маленькой ирландской эмо‑девчонкой». Оглядываясь назад, актриса понимает, что эти отказы во многом определили ее дальнейший путь. Вместо того чтобы пытаться втиснуть себя в подобные роли, она пошла в сторону более самобытных проектов и режиссеров. «В итоге это оказалось подарком судьбы. Я смогла поработать с одними из лучших европейских режиссеров, например, с Паоло Соррентино».

Во многом такое отношение связано с ее детством в Ирландии, где слава значит гораздо меньше, чем в Голливуде и подобных ему местах. «Ирландцам плевать на знаменитостей. Самый крутой человек в комнате — тот, у кого лучшие истории и лучшее чувство юмора». Этот взгляд помогает Хьюсон сохранять трезвую голову в индустрии, которую часто определяют излишества и крайности.

Впрочем, в профессиональном списке желаний еще хватает невыполненных пунктов. В числе главных — фильм ужасов, политическая драма, романтическая комедия и, неожиданно, анимация. «Я ужасно хочу кого‑нибудь озвучить. Просто отчаянно, — смеется Хьюсон. — Хочу сыграть какую‑нибудь милую маленькую белочку».

Но для самой Хьюсон успех не связан ни с погоней за более крупными ролями, ни с большей узнаваемостью. Ее формулировка предельно простая: «Ощущение, что у тебя есть работа и что потом будет следующая. Вот это для меня успех», — говорит она. Такой взгляд сформировался за годы упорства, отказов и медленного движения вперед, которое наконец привело ее к ощущению стабильности. «Со временем становится легче. Нужно просто продолжать идти и каждый раз выкладываться по максимуму».

Для актрисы, которая играет главную роль в новом научно‑фантастическом фильме Спилберга, эта мысль кажется особенно уместной. Жанр сам по себе строится вокруг неизвестного, а значит, остается доверять интуиции, принимать неопределенность и, возможно, верить во что‑то большее. Включая инопланетян.